Эдэль первая пришла в себя, по привычке выработанной еще в катакомбах Кёнигсберга. Она уже минуты полторы стоя осматривала окружающее пространство, прежде, лежа на фюзеляже транспортного самолета, убедившись, что их никто не взял в плен и мало того, видимо, не намерен. Вокруг лежали люди, валялись обломки хвоста самолета, части крыльев, но сам самолет был на удивление почти цел... эм.. относительно. Заметив под частью крыла до боли знакомую сумку Эдэль прежде отправилась к ней, затем, повесив на плечо вещь мешок и в руку взяв мед. аптечку стала бродить по полу среди людей.
- Есть кто живой? - спросила достаточно громко она, затем присела к ближайшему пассажиру злополучного самолета, чтобы определить его состояние.
"Все это очень подозрительно. Враги хоть и есть, но, похоже, брать нас в плен не намерены... Или мы уже в плену? Что за лагерь, откуда он здесь? Секретная база русских? Англичан? Французов? А может наша? Почему именно мы? И как вообще мы здесь оказались?!"
- Да что, черт возьми, происходит... - высказала свою мысль вслух Эдэль, узнав, что её "пациент" без сознания, но еще жив.

Отредактировано fr.Muningem (2007-07-21 16:54:10)

Эдэль многозначительно хмыкнула и для проверки посмотрела еще одного товарища, но он оказался точь-в-точь в таком же состоянии, как и предыдущий.
- Да что им, поспать больше негде? - док пробежалась глазами по письму, - Ну раз так... необходимо здесь все осмотреть, тогда... и найти хотя бы одного не спящего. Сегодня, похоже атаки не будет, - пробормотала ученый и пошла в сторону "сарая", надеясь найти хотя бы одну живую душу... точнее не спящую.
Перспектива устраивать навес над каждым спящим солдатом не казалась ей радужной.

Георг приподнялся, но встать так и не смог - очень болела голова. Когда эти пилоты резко уводили транспорт от наседавшего ЯКа, Георг влетел головой в обшивку и потерял сознание.
-Убить бы таких пилотов...
Было первыми словами, которые сказал обер-лейтенант Шрайбер, оказавшись на острове.
некоторое время Георг сидел на земле, а потом отхлебнул из фляги и всё-таки поднялся, и повесив винтовку(она подозрительно лежала рядом с ним, когда Георг проснулся) на плечо, сел на какой-то камень.

Георг увидел, что кроме него бодорствовали пилот и "научный сотрудник".
-Так это её мне надо было сопровождать? Нда.....
Негромко произнёс Георг - когда он заскочил в самолёт на аэродроме, ему лишь сказали, во что одет тот "научный сотрудник".
-хе-хе-хе-хе.
Хихикнул Шрайбер и сказал громко:
-Приветствую всех!

- Я бы сказал, что болит душа, из-за стыда, что мы с Генрихом все же уронили эту scheisslich кастрюлю. Правда, могу отметить, что уронили удачно - Насколько я могу судить - Макс покрутил головой - без летальных исходов.
Взгляд Макса скользнул по девушке, и Штольц, несмотря на всю паскудность ситуации, постарался улыбнуться. Это ему удалось, однако стоило некоторых усилий.
Затем, взгляд Макса остановился на парашютисте.
- Простите, не припомню как вас зовут. Но я рад, что от иванов нам придется отбиваться втроем, а не вдвоем. - сказал Штольц и задумался, что родило в его голове мысль о русских.

- Душу вылечить будет проблематично, - усмехнулась врач, - но вины вашей в этом нет, да и все, похоже, отделались только легким испугом и продолжительным сном. Так что перейдем к делам телесным. Руки, ноги целы?
Она отставила в сторону свою сумку и ближе подставила мед. аптечку.
- Я не увлекаюсь ботаникой и баллистикой, обер-лейтенант, - она посмотрела на мужчину через плечо, - Единственное чем смогу помочь - зашить-перевязать, пытать и зарезать. Моя стезя медицина и наука. Будем знакомы, доктор оккультических наук фройлян Эдэль Мюнингем.
Так, если все именно так, как я думаю, то у нас действительно проблемы... Не хотелось бы после стольких лет начать учиться стрелять...

Чувствуя себя лишенным внимания, Макс легонько кашлянул.
- Забыл представиться. Обер-лейтенант Максимилиан Штольц, можно просто Макс. - Вежливо и ненавязчиво произнес он. 
Подождав, пока Парашутист и гражданский специалист закончат очередной раунд переговоров, Макс вновь ненавязчиво попытался вмешаться.
- Не считаете ли вы, что сейчас, пока на нас никто не нападает, да и пленных я что-то не вижу, можно заняться несколько более сиюминутными задачами,  чем выяснение профпригодности друг друга к стрельбе...

-Твою мать...
Выругался Георг, когда за оградой что-то рвануло.
-Вот вам, камарад Штольц, и первые проблемы.
Шрайбер взял винтовку наизготовку и сел на колено.
-Теперь тихо - мало-ли кто тут ещё есть.

-А если это не животное, а какой-нибудь олух в ушанке? Тогда скоро сюда сбежится вся эта чёртова русская армия. Ладно, я пойду посмотрю. И возьмите всё таки пистолет.
Георг кинул в сторону "сидячих" кобуру и подсумок, а сам, водя винтовкой по сторонам, ушёл проверять.
                   Смена локации ----------------> "Минное поле у лагеря ОСИ"

- Если вы не перестнанет спрашивать, у меня может действительно что-нибудь заболеть - ехидно усмехнулся Макс, проследив, как парашютист убыл в неизвестном направлении.
- Я действительно в порядке, несколько ушибов и, может быть, трещина в ребре, когда меня бросило на штурвал. Честное слово, мелочи.

Георг перепрыгнул шлагбаум и подошёл к "сидячим".
-Всё чисто. Ложная тревога. Ну, что сидим - идём лагерь изучать.

Шрайбер увидел, что около самолёта кто-то зашевелился. Увидев форму СС с петлицами Гауптштурмфюрера, Георг подумал.
"Всё, кончилась хорошая жизнь."

- Ну вот и гестапо проснулось - буркнул Макс, глядя на проснувшегося человека в черной униформе. Инстинктивно Штольц попытался исчезнуть, подйдя поближе к девушке-ученой, оказавшись, таким образом, меду гестаповцем и парашютистом. Проследив за своей рукой, Макс понал, что она лежит на кобуре и, внезапно покраснев, Убрал руку и выдавил из себя подобие улыбки.
- Фройляйн Мюнинген, кажется, среди живых пополнение.

Макс взял себя в руки и выступил навстречу гестаповцу.
- Такие же люди, как и вы. Эти люди, как и вы, пассажиры самолета, который мне и моему напарнику удалось посадить, не потеряв никого из экипажа и пассажиров. Если вы посмотрите на состояние самолета, вы поймете, что это без малого подвиг. - закончил он.
Пилот до сих пор чувствовал себя ответственным за жизни своих пассажиров.